Новости культуры

Свежий рассказ Нелли Воскобойник. По-моему, гениальный.

ВИД СВЕРХУ

В гостинице "Сансет бизнес отель" зал ресторана был заполнен настолько, что Максу предложили сесть за столик, за которым уже завтракала незнакомая дама. Официант, низко кланяясь попросил у нее согласия. Леди, улыбаясь, окинула Макса взглядом и благосклонно кивнула. Он уселся, но, видя, что она украдкой рассматривает его бейджик, приподнялся и представился:

— Макс Лондон, я здесь на конференции.

— Лиз Орански, — ответила дама. — Вы, конечно, врач.

— А что, — изумился Макс, — это так заметно? Мне казалось, что такую майку и слаксы в этом городе носит полмиллиона человек.

- Видите ли, - проникновенно ответила Лиз, - я поклонник дедуктивного метода. В отеле сейчас две конференции. Математиков и врачей. Есть множество математиков, с которыми я незнакома. Но в этом отеле поселили только пару десятков избранных. Их я не могу не знать. Значит, вы - врач. Элементарно, Ватсон!

Ее английский был богатый и правильный, но не родной. Однако тембр голоса радовал слух, и вообще она ему понравилась. "Лет сорок, - подумал он. - Максимум сорок пять".

- От вас ничего не скроешь. Я действительно врач, - кротко ответил он. - И поскольку конгресс урологический, глупо пытаться скрыть, что я уролог. Мой доклад был вчера, а сегодня я намерен прогулять уроки. Мне так нравится Пусан! Я гулял по нему три ночи - пришло время посмотреть на него днем. И пусть урология горит огнем!

- Кажется, это красивейший город из всех, какие я видела. А ведь я из Барселоны,- ответила Лиз. - Может быть возьмете меня с собой? В десять мой доклад. Хотите послушать?

- Страшно интересно, - искренне ответил Макс.- А о чем ваш доклад?

- О пучках в применении к теории категорий. - Она проследила за выражением его лица и засмеялась. - Ну, пучки - так это называется. Иначе не скажешь. Только двадцать минут на доклад и пять минут на вопросы. А потом весь день любоваться лагуной и в морской музей, и в храм Сокпульса, и на пляж, - вы ведь хотите? И еще Чагальчхи...

У математиков зал был поменьше, чем на конгрессе у Макса. Два больших экрана для присутствующих онлайн. А в центре экран, отображающий лэптоп профессора Орански. Она заговорила уверенно и неторопливо. Предложила останавливать ее по ходу, если что непонятно.

- Ого! - с уважением подумал Макс, - не боится прервать нить рассуждений!
Сам он терпеть не мог, когда его перебивали.

Он думал, что математика — это множество интегралов и сигм, но на экране появлялись значки вообще неведомые ему, коленчатые стрелочки и всякие кривоватые перевернутые буквы латинского алфавита. Она говорила о вещах не просто непонятных, но, казалось, вообще недоступных человеческому рассудку. Моментами Макс думал, что это розыгрыш - не существует того мира, в котором она так спокойно ориентируется. Но вопросы... они были непонятны, но явно осмыслены. Лиз отвечала - некоторым писала в своем компьютере новые строчки, которые появлялись на экране, как на доске. Одному сказала: "Нет, Джим! Мы не будем углубляться в этом направлении. Это почти не имеет отношения к сегодняшней теме. Позвони мне, когда я вернусь в Барселону, поговорим". На вопрос по зуму ответила, помедлив: "Не знаю, Дима! Я должна об этом подумать. Если надумаю что-нибудь стоящее, напишу. А пока можешь посмотреть вот здесь" - и стала быстро строчить название статьи и авторов.

Они вышли из зала - Макс был потрясен и огорошен. Он взял ее под руку и повел к стоянке такси.

- Лиз, - сказал он, - вы потрясающе умны. Вот, например медицина: я чуть не два десятка лет учился, чтобы добраться до нынешнего уровня. И я кое-что понимаю в своем деле. Не скромничая скажу вам, что в детской урологии я не из последних. Но каждому - понимаете? - каждому могу объяснить простыми словами, то, что его заинтересует. Да еще и хуже того! Каждый может сказать озабочено - не стресс ли повлиял на ребенка? И я соглашусь. Да, может быть и стресс... А вы... можете мне объяснить, о чем шла речь?

- Нет! - Ответила профессор Орански. - Больше никакой математики. До самого вечера! Я два года не выбиралась из дома из-за этой чертовой истории с вирусами. Два года работала, как галерный раб - ведь когда ты привязан к компьютеру, у тебя нет и выходных. А теперь я на воле. В лучшем городе мира. И температура двадцать четыре градуса по Цельсию.

Они вышли из машины и стали подниматься по красивейшей дорожке к храму. Иногда они останавливались, оборачивались к морю и видели лагуну, искрящуюся на солнце, множество лодок - парусных и весельных, зеленые перешейки с пальмами, острова, мосты между ними, чаек, облака - все кипящее жизнью и радостью, а вдалеке порт. Если и не самый большой, то наверняка самый прекрасный порт на земле…

— Да, вы правы, - ответил Макс. - Эпидемия всем далась очень тяжело. И только теперь, когда почти все уже привиты...

Лиз перебила его.
— Какая эпидемия? — спросила она яростно. — Вы поверили в эту сказку? Не было никакой эпидемии. Они просто хотят заставить нас прививаться. Сделать нас своими роботами!

— Ну что вы, — засмеялся Макс. — Я ведь врач. Только в нашей больнице от коронавируса умерло почти шестьсот человек. И среди них мой пациент. Очаровательный говорливый смешливый четырехлетний Курт. У него был просто нефрит, и он бы у меня ни за что не умер, если бы не вирус.

— Люди умирают! - сердито ответила Лиз. — Такова природа всего живого. А сколько умерло и от чего — это уж как скажут чиновники, сидящие на зарплате у правительств. Вы сами пересчитывали трупы?

— Лиз! Побойтесь бога! В инфекционном работают мои товарищи. Мою собственную операционную сестру перевели туда на три недели. Я знаю абсолютно точно, что было на пике... даже на двух пиках эпидемии.

— Вас обманывают, — твердо сказала Лиз. — Это нужно корпорациям, которые наживаются на лекарствах и вакцинах. Вам морочат голову. Надеюсь... А иначе мне придется подумать, что вы с ними. И сами меня обманываете.

Они помолчали.

— Знаете, Лиз, я вспомнил, что должен быть на вечерней сессии. Мой ученик делает доклад - надо его поддержать. Мы заглянем в храм, потом спустимся к пляжу и поплаваем, а потом я вернусь в отель. Хорошо?

— Хорошо, - кивнула Лиз. А сама подумала: "Понял, мерзавец, что меня не собьешь с толку, и решил не тратить лишнего времени"

— Обыкновенная бытовая дура, — подумал Макс. — Несмотря на функторы и эндоморфизмы...

Взял Лиз под руку и повел к кассе.